Решение Кассационного суда по делу о пропавших четыре года назад кузенах в Элязыге! В показаниях обвиняемого пастуха — детали о кирке, лопате и извести

Решение Кассационного суда по делу о пропавших четыре года назад кузенах в Элязыге! В показаниях обвиняемого пастуха — детали о кирке, лопате и извести

22.11.2026 13:02

В деле о кузенах, пропавших с интервалом в один день в январе 2023 года в районе Кованджылар провинции Элязыг, Кассационный суд, постановив, что невозможность обнаружения тела не препятствует возбуждению дела, отменил решение о возвращении обвинительного заключения. На первом заседании в 1-м суде по тяжким уголовным делам Элязыга обвиняемые не признали обвинения. Находящийся под стражей обвиняемый-пастух М.Д. утверждал, что слышал слова о том, что Мустафу Йылмаза увезли со скованными руками и завязанными глазами, у него просили кирку и лопату, а также приносили известь.

В Элязыге по делу о пропавших двоюродных братьях, произошедшему около 4 лет назад, Кассационный суд вынес примечательное решение по обвинительному заключению, которое было возвращено из-за того, что тело не найдено. Кассационный суд постановил, что невозможность найти тело не препятствует возбуждению дела, отменил решение о возврате обвинительного заключения и открыл путь для судебного процесса. На первом состоявшемся заседании внимание привлекли детали показаний пастуха о кирке, лопате, топоре и извести.

Согласно полученной информации, после того как 26-летний Мустафа Йылмаз, проживающий в районе Кованджылар провинции Элязыг, похитил 21-летнюю Н. Н. Й., они поженились. После этого инцидента между семьёй Йылмаз и другой стороной начали возникать напряжённые отношения. Затем Мустафа Йылмаз исчез 22 января 2023 года. После исчезновения Мустафы Йылмаза его двоюродный брат О. Й. также пропал через день после него. Затем в ходе операции, проведённой 2 февраля 2023 года, были задержаны 5 подозреваемых, однако дело не могли возбудить, поскольку тела не было, а находившихся в тюрьме отпустили. Наконец, после отчёта по сокращённой базе в прошлом году дело снова сдвинулось, и в ходе операции, проведённой жандармерией, были задержаны 12 подозреваемых. 3 подозреваемых лица были освобождены под условием судебного контроля, а М. Й., И. Й., О. Й., Ф. Й. и М. Д. снова заключили под стражу и отправили в тюрьму.

КАССАЦИОННЫЙ СУД ОТМЕНИЛ РЕШЕНИЕ О ВОЗВРАТЕ, ОБВИНЯЕМЫЕ ВПЕРВЫЕ ПРЕДСТАЛИ ПЕРЕД СУДЬЁЙ

Для возбуждения дела и рассмотрения его судом материалы были переданы в Кассационный суд. В результате рассмотрения Кассационный суд постановил, что невозможность найти тело не является препятствием для возбуждения дела и что при наличии доказательств, создающих достаточное подозрение, обвинительное заключение должно быть принято. Признав решение о возврате обвинительного заключения противоречащим закону, он его отменил. В связи с этим в 1-м суде по тяжким уголовным делам Дворца правосудия Элязыга состоялось первое заседание, и обвиняемые впервые предстали перед судьёй.

Обвиняемые не признали вменяемых им преступлений, при этом привлекли внимание показания содержащегося под стражей М. Д., работающего в регионе пастухом. М. Д. сказал: «Когда моя лошадь и осёл пили воду, я заметил, что подъехал автомобиль, он дважды просигналил. О. Й. приехал на автомобиле Ф. А., позже я узнал, кому принадлежит автомобиль. Затем, когда я пошёл наверх, Д. Й. и О. Й. стояли рядом, у Д. Й. в руке был маленький чёрный пистолет. Я поздоровался, мы спросили друг у друга, как дела, а затем, поскольку я увидел оружие в руке Д. Й., я спросил. Я сказал Д. Й.: „Вы приехали на зайца? Из пистолета зайцев тоже не стреляют, зачем ты взял оружие в руку, есть какая-то проблема?“ А он сказал мне, что никакой проблемы нет, что они приехали покататься. Не прошло и 3–5 минут, как я заглянул в машину и заметил, что какой-то человек сидит на правом переднем пассажирском сиденье. Я спросил обоих: „Кто этот друг, почему он не выходит из машины?“ А он сказал: „Тебя это не касается, не бери в голову, он сам по себе там сидит“. Я тогда сказал им: „Что вы делаете? Я поеду в Кованджылар“, а они сказали: „Подожди нас немного, придёт Ш. Й., потом поедем в Кованджылар“. Примерно через полчаса-сорок минут в разговоре между собой Д. и О. сказали: „Мы привезли этого парня“, под этим парнем они имели в виду Мустафу. Они между собой обсуждали, как Д. Й. подъехал к ним и что произошло по дороге. Д. Й. быстро направил свою машину на О. Й., будто О. Й. ничего не знал, перегородил машине дорогу, что отец М. Й. был рядом, что он достал оружие и протянул его Мустафе, а О. Й. сказал: „Дядя, стой, не делай этого, не делай, машина будет в крови, потом у нас будут проблемы“. Потом они пришли в мою деревню. После этих разговоров я заметил, что приехала машина, приехавшим на машине был Ш. Й. О. Й. тоже был рядом с ним, они вышли из машины».

Продолжая свои показания, М. Д. сказал: «Как только Ш. Й. вышел, он спросил: „Где он?“, и Д. Й., протянув оружие в сторону машины, сказал: „Там, сидит в машине“. Ш. Й. спросил: „Вы не связали ему руки?“ Д. сказал: „Нет, не связали“. Ш. Й. сказал: „А если он убежит?“, тогда вмешался О. Й.: „Мы вместе употребляли наркотики, он под кайфом, никуда не уйдёт, от нас не отделится“. После этого Ш. Й. направился к машине, где находился Мустафа, вытащил Мустафу из машины и отвёл его на 3–4 метра от автомобиля. Он сказал: „Разве это стоит 250 граммов?“ Услышав эту фразу, я уже раньше слышал об этом событии, однако до того момента не знал, кто похитил Н. Н., я понял, в чём дело. Ш. Й. ударил Мустафу 1–2 раза кулаком, я, чтобы разнять, сказал: „Стойте, стойте“, а он сказал: „Вы не вмешивайтесь“. Ш. Й. сказал: „Я не буду вмешиваться“. Он снова отвёл Мустафу к машине. Ш. Й. сказал Д. Й.: „Д., разве нет ничего такого, давай свяжем ему руки“. Д. Й. достал из кармана пластиковые белые наручники в виде стяжки, после того как достал, связал руки Мустафы Йылмаза за спиной в виде обратных наручников и посадил его на заднее сиденье машины».

У ПАСТУХА ПОПРОСИЛИ КИРКУ И ЛОПАТУ

В продолжение показаний М. Д. рассказал: «В это время Ш. Й. подошёл к О. Й. Он сказал: „О., забери телефоны“, у него в руках были и его собственный телефон, и телефон Мустафы. В сторону Кованджылара он сказал: „Ты езжай, отвези телефоны в центр Элязыга“, после чего О. Й. сел в автомобиль марки Tempra Ф. А., после того как сел, О. Й. направился в сторону Кованджылара. После того как он уехал, Ш. Й. попросил у меня мой телефон, я сказал: „У меня нет телефона“, он настойчиво сказал: „Дай мне, я позвоню О. Й.“, я снова сказал: „Не дам“, однако он настаивал и сунул руку в карман моей рубашки, тем более мой телефон был в кармане рубашки. Он посмотрел на телефон, когда сигнал не ловился, отошёл от нас на 5–7 метров, пытаясь найти сеть. В это время я не видел, звонил ли он О. Й. или нет. Затем он снова спустился и вернулся, начал разговаривать с Д. Й. между собой по-немецки, в это время О. Й. сидел в машине рядом с Мустафой Йылмазом. После того как Ш. Й. некоторое время поговорил с Д. по-немецки, Ш. Й. сказал мне: „У тебя есть кирка и лопата?“ Я же сказал им: „У меня нет кирки и лопаты“, потому что они похитили и привезли Мустафу Йылмаза, нанесли ему несколько ударов и причинили вред. Ш. Й. сказал мне: „У тебя есть кирка и лопата, ты столько животных держишь, как их может не быть, недавно мы с тобой приходили в хлев, 10 человек работали“, я опять сказал: „У меня нет кирки и лопаты“».

Говоря о детали с топором, М. Д. сказал: «Затем я начал спускаться ниже моего дома, он увидел топор, который я держал для колки дров: частью он был пригоден для рубки дров, а частью — для копания. Ш. Й. взял этот топор, у которого также была функция кирки, и принёс его, я схватил его за руку и сказал: „Оставь мою кирку, то есть мой топор“, а он сказал: „Это всего лишь топор, чего ты за ним гонишься“, и снова попросил у меня лопату, я сказал, что её нет. Ш. Й. сделал один-два круга вокруг дома, лопату не нашёл. Ш. Й. раньше видел мой фруктово-овощной сад, сказал: „Там она есть“, сказал: „Ты тоже пойдёшь со мной“, я сказал, что не пойду. Поскольку Ш. Й. раньше приходил ко мне, он знает, что собаки, которых я держу для охраны животных, нападают на людей, поэтому он сказал: „Ты пойдёшь со мной“, и я вместе с ним спустился к ручью, чтобы присмотреть за оставшейся козой.

После того как мы спустились к ручью, Ш. Й. пошёл в яблоневый сад, взял лопату. Потом он подошёл ко мне, после того как посмотрел на пропавшее животное, когда мы переходили через ручей, зазвонил мой телефон, звонил незнакомый номер, я ответил, это был мужской голос, я его не знал. По-курдски он сказал мне: «я поел, не приду, мой брат не поел, я отправлю брата поесть». За вечер за день до этого к нам на ужин пришли 5–6 моих друзей из разных деревень, после ужина мы сделали моим животным уколы и прививки, в это время, услышав это, Ш. Й. сказал: «хе-хе, ладно», разговор также слышал Ш. Й. Я тоже подумал, кто это. Ш. Й. взял у меня телефон. Снова позвонил, они поговорили пару слов. Мы подошли к нашему дому, он оставил лопату и топор у стены двери, потом мы заметили, что подъехала машина», — заявил он.

М. Д. сказал: «В это время я заметил свет фар машины, вышел к двери. Автомобиль развернулся, а через 10–15 минут Ш. Й. пришёл пешком и сказал: „где вы, где Д.?“ Д. тоже вышел на улицу и сказал: „мы здесь“. Ш. Й. спросил у Д.: „Где Мустафа?“ Д. сказал: „Внутри“. Ш. Й. подошёл и посмотрел на Мустафу, начал кричать: „Почему вы развязали ему руки?“ Д. сказал: „Ничего не случится, мы здесь“. Потом Ш. Й. вышел на улицу, взял прислонённую к стене кирку (топор) и лопату и положил их в свой зелёный автомобиль марки „Картал“; в последний раз, когда они завязали Мустафе глаза и уводили его, я видел, что эти предметы уже лежали на переднем сиденье», — сказал он.

ДЕТАЛЬ ПРО ИЗВЕСТЬ В ПОКАЗАНИЯХ ПАСТУХА

М. Д. сказал: «Тут же хочу отметить следующее: непосредственно перед тем, как спуститься к ручью, Ш. Й. сказал: „я принёс известь, я воздам по заслугам, отвезу Каргану и убью“. На этапе расследования Карсан и Карган были перепутаны, правильное — Карган. После этого, в самом конце, когда они собирались уводить Мустафу, мне сказали: „И ты иди, садись в машину“. Когда я спросил: „Куда, зачем я иду?“ — Ш. Й. сказал мне: „Иди, у нас есть дело“. Я сказал: „Я не пойду“. Они сказали: „Почему ты не пойдёшь?“ Я сказал: „Вы похитили и привезли сюда этого парня, я сказал жене, что придёт Ш. Й.; если я тоже пойду с вами, жена позвонит в жандармерию“. Тогда он рассердился на меня: „Почему ты что-то рассказываешь женщинам?“ Потом повернулся, показал на Мустафу и сказал мне: „Как твои домочадцы, как твои дети, у них всё хорошо?“ — и добавил: „Пусть и с ними не случится то же, что с ним“, то есть угрожал мне. Я собирался сообщить в правоохранительные органы о том, что Мустафу похитили и связали ему руки и завязали глаза, но после этой угрозы из-за страха не смог подать жалобу», — сказал он.

М. Д., рассказавший также о случае, произошедшем примерно за 15–20 дней до события, сказал: «Ш. Й. ранее попросил у меня колу и яйца; когда я был в Кованджыларе, поскольку это было по пути, я завёз их к себе домой, и за это время он сказал: „Заходи, поедим, выпьем чаю“, и я пошёл к ним домой. Я сказал: „Дай я помою руки“. М. Й., О. Й., Н. Й. сидели и ели; я услышал, как они сказали: „Если насыплем известь в хлева, оставим на неделю, они ничего не найдут“, но, возможно, я понял неправильно. Поскольку в ночь события Ш. Й. тоже упомянул разговор об извести, я дал это показание в качестве дополнительного показания прокуратуре. Это то, чему я был свидетелем как свидетель, а не как обвиняемый. У меня нет никакого участия или причастности к событию, я прошу оправдания по вменяемым преступлениям и освобождения из-под стражи», — сказал он.

После заслушивания других обвиняемых, свидетелей и потерпевших суд был отложен на более позднюю дату.

.

In order to provide you with a better service, we position cookies on our site. Your personal data is collected and processed within the scope of KVKK and GDPR. For detailed information, you can review our Data Policy / Disclosure Text. By using our site, you agree to our use of cookies.', '