06.11.2026 14:13
Министр энергетики и природных ресурсов Алпарслан Байрактар сообщил, что сейсмическое судно «Оруч Рейс» в настоящее время направляется к побережью Пакистана. Напомнив, что TPAO ведёт бурение у берегов Сомали, Байрактар заявил, что вскоре они смогут работать и на морских месторождениях Сирии, Ирака или Ливана. Байрактар также отметил, что они нацелены на проведение первого физического пуска на АЭС «Аккую» в декабре.
Министр энергетики и природных ресурсов Альпарслан Байрактар, отметив, что они намерены расширить зарубежную деятельность Турецкой нефтяной акционерной компании (TPAO), сказал: «У нас есть работы, направленные на Пакистан. Наше сейсмическое судно Oruç Reis в настоящее время находится на пути к побережью Пакистана».
Министр Байрактар встретился с представителями международных информационных агентств и СМИ, вещающих на иностранных языках, в компании Enerji Piyasaları İşletme AŞ в Стамбульском финансовом центре.
В своей речи здесь Байрактар, подчеркнув важность видения Турции «Национальная энергетика 2040», заявил, что они нацелены на трансформацию с акцентом на электрификацию.
Байрактар сказал, что они намерены снизить ожидаемую при текущей политике к 2040 году ежедневную потребность в сырой нефти, которая должна вырасти до 1,2 млн баррелей, примерно до 720 тыс. баррелей, а потребление природного газа, которое, как ожидается, достигнет 77 млрд кубометров, удержать на уровне 57 млрд кубометров.
Отметив, что ежедневная потребность в нефти и газе в эквиваленте 1,7 млн баррелей сохранится, Байрактар сказал, что TPAO расширит деятельность в Восточном Средиземноморье и Черном море, продолжит поиски в Габаре и Юго-Восточной Анатолии.
ПОСЛЕ СОМАЛИ — ОЧЕРЕДЬ ПАКИСТАНА
Байрактар, напомнив, что с международными нефтяными компаниями подписано множество соглашений о сотрудничестве, сказал: «Наша стратегия роста предусматривает более активную деятельность TPAO за рубежом за счет слияний и поглощений или создания партнерств с крупными нефтяными компаниями. Поэтому мы бурим у берегов Сомали. У нас есть работы, направленные на Пакистан. Наше сейсмическое судно Oruç Reis в настоящее время находится на пути к побережью Пакистана».
Байрактар, сказав, что меморандум о взаимопонимании с Ливией об определении морских юрисдикционных районов предоставляет обеим странам дополнительные районы для работы, однако поисковые работы определяются экономическими причинами, заявил: «Почему мы находимся в Восточном Средиземноморье, Черном море, Сомали, Пакистане? Вскоре, возможно, мы сможем работать также в Сирии, Ираке или на морских месторождениях Ливана. Потому что мы нуждаемся в нефти и природном газе».
Министр Байрактар, отметив, что в повестке Турции много проектов, сказал: «В решениях по новым месторождениям определяющими будут экономические и геологические условия».
МЫ ОТКРЫТЫ ДЛЯ ПАРТНЕРСТВ, НЕ ИЗБЕГАЕМ АЛЬТЕРНАТИВНЫХ МАРШРУТОВ
На вопрос о вероятности повторного ввода в эксплуатацию нефтепровода Киркук — Банияс между Ираком и Сирией Байрактар заявил: «Мы считаем, что энергетику и горнодобывающую промышленность можно использовать как инструмент мира и процветания. Нам нужно это сотрудничество для укрепления стабильности в таких странах, как Сирия, и в нашем регионе. Сирия нуждается в очень больших объемах инвестиций. Мы не рассматриваем нефтепровод Киркук — Банияс как угрозу».
Байрактар, отметив, что нефтепровод Ирак — Турция для сырой нефти никогда не использовался на полную мощность и что они уже много лет предлагают Ираку продлить линию до Басры, сказал следующее:
«Мы открыты для таких партнерств, не избегаем альтернативных маршрутов. Потому что рынка хватит для всех. Мы предлагаем увеличить пропускную способность турецкого маршрута с 1,5 млн баррелей в сутки до 2,5 млн баррелей. Сирийский маршрут также может увеличиться до 1–1,5 млн баррелей. Разумеется, мы считаем, что наш собственный маршрут более конкурентоспособен с точки зрения затрат, а также, я верю, более благоприятен с точки зрения безопасности и стабильности».
Байрактар, заявив, что около 200 млрд долларов из предусмотренных в рамках видения Турции «Национальная энергетика 2040» инвестиций в 500 млрд долларов будет осуществлено через государственные энергетические и горнодобывающие компании, сказал: «Когда наши компании ищут финансирование через сукук или традиционное коммерческое заимствование, мы видим серьезный интерес как в странах Персидского залива, так и в западных финансовых учреждениях».
Министр Байрактар, указав, что особенно инвестиции в ядерную энергетику требуют серьезного финансирования, сказал: «Это требует поддержки Всемирного банка, Международной финансовой корпорации (IFC), Европейского банка реконструкции и развития (EBRD) и других международных финансовых организаций. Мы работаем в довольно тесном сотрудничестве с этими организациями».
СПРАВЕДЛИВЫЙ ПЕРЕХОД В УГОЛЬНОМ СЕКТОРЕ
Байрактар, отметив, что они ищут пути справедливого перехода от угля к более чистым источникам энергии, сказал, что в этом процессе природный газ является одним из вариантов, и они видят большой потенциал в ядерной энергетике.
Байрактар, отметив, что в угледобыче занято более 30 тыс. человек, заявил: «Поэтому нам нужен процесс справедливого перехода. Мы над этим работаем. Весьма вероятно, что в Анталье мы поделимся итогами последних встреч и тем, как обеспечить справедливый переход в угольном секторе».
Указав на важность местного угля с точки зрения безопасности энергоснабжения, Байрактар отметил, что из-за экономических условий, безопасности поставок и занятости переход может занять от 10 до 15 лет.
Байрактар сказал, что вместе с Министерством национального образования и соответствующими учреждениями они проводят работу по приобретению новых навыков работниками горнодобывающего сектора и сохранению их занятости в регионах, где они находятся.
Байрактар, заявив, что достижение к 2040 году 10 ГВт установленной мощности ядерной энергетики является одним из главных условий для возможности рассмотрения отказа от угля, отметил, что эта цель станет более ясной к 2030 году.
Министр Байрактар, отметив, что увеличение поставок из США на фоне сокращения закупок природного газа из России обусловлено ценой, сказал: «Более дешевый газ получает конкурентное преимущество по сравнению с дорогим газом».
ВОЗМОЖНОСТИ СОТРУДНИЧЕСТВА С ГРЕЦИЕЙ
Байрактар ответил на вопрос о сотрудничестве с Грецией в энергетике следующим образом:
«Что касается сотрудничества с Грецией, я с удовольствием буду работать вместе. Почему бы и нет? Мы говорим о более широком сотрудничестве. Приведу конкретный пример. Европа, возможно, единственное региональное сообщество, которое решительно продолжает повестку декарбонизации. Посмотрим, что происходит на Кипре. Маленький и красивый остров. Он очень зависит от ископаемого топлива в производстве электроэнергии, и одна из главных проблем — использование мазута. Для этого мы разработали некоторые проекты. Мы планировали подавать электроэнергию с Турции на остров и проложить подводный кабель».
Байрактар, отметив, что этим проектом они намерены доставить на Кипр производимую в Турции из возобновляемых источников электроэнергию и положить конец производству электроэнергии на мазутных электростанциях острова, сказал: «Греция и Греческая администрация Южного Кипра (ГАЮК) вынесли этот вопрос в Брюссель. Из-за связи Турции с системой Европейской сети операторов систем передачи электроэнергии (ENTSO-E) технически требовалось одобрить это новое соединение. Технический вопрос за короткое время превратился в политический. После возражений Греции и Греческой администрации Южного Кипра ENTSO-E заявила, что не может одобрить создание этого соединения».
Байрактар заявил, что они предложили министру иностранных дел Греции выделить мощность компаниям, желающим продавать электроэнергию ГАЮК через подводное электрическое соединение, благодаря чему остров смог бы получить доступ к более чистой и дешевой электроэнергии, однако предложение не было принято по политическим причинам.
Министр Байрактар, отметив, что планирует проложить трубопровод для природного газа из Турции на остров, заявил, что благодаря этому на острове можно будет производить электроэнергию с использованием более чистых источников и при подходящих условиях продавать электроэнергию также южной части.
Байрактар отметил: «Это сотрудничество может принести пользу обеим странам. Если в будущем мы или кто-то другой найдёт природный газ в Восточном Средиземноморье, можно будет также использовать трубопровод в обратном направлении. Газ можно будет доставлять на остров, оттуда в Турцию, а из Турции на европейский рынок. Таким образом, мы сможем создать альтернативу существующим маршрутам поставок».
ТЕНДЕРЫ ПО УЧАСТКАМ В БАНГЛАДЕШ ПЕРЕНЕСЕНЫ НА 2027 ГОД
Байрактар сообщил, что тендеры на лицензирование участков, которыми TPAO интересуется в Бангладеш, перенесены на март 2027 года, однако интерес к этим участкам сохраняется.
Отметив, что они получили новые предложения из разных стран, Байрактар сказал: «Если геологические условия благоприятны и соответствующая страна предлагает подходящие условия, мы, конечно, заинтересуемся. Поскольку в нашем портфеле много проектов, мы ищем партнёрства».
На вопрос о соглашении по дизельному топливу между США и Россией Байрактар также ответил: «Думаю, турецкие компании также начали снова закупать дизельное топливо в России. Это было важно из-за серьёзной проблемы в Ормузском проливе и её влияния на нефтеперерабатывающие заводы. На мировом рынке дизельного топлива предложение ограничено. Поставки из России — один из важных для нас вариантов, и они несколько облегчают нашу работу».
Обратив внимание на то, что доля Турции в мировых выбросах углерода составляет 1,1%, и что для достижения глобальных климатических целей крупные экономики также должны взять на себя ответственность, Байрактар продолжил:
«Даже если мы сведём наши выбросы углерода к нулю, глобальное потепление продолжится. Именно таков основной посыл, который я хочу донести на COP31 в Анталье: „Сейчас мы переживаем годы, которые на вес золота. Это критические годы. Если мы упустим эти годы, в 2050 году будет невозможно ограничить глобальное потепление на уровне 1,5 градуса Цельсия“. США, являющиеся одним из крупнейших источников выбросов парниковых газов, в этот процесс не вовлечены. По крайней мере, политически они не участвуют в процессе».
СОГЛАШЕНИЕ ПО ГАЗУ С АЛЖИРОМ ХОТЯТ ПРОДЛИТЬ
Отметив, что сотрудничество Турции с Алжиром охватывает не только энергетику, но и горнодобывающую отрасль, Байрактар сказал, что они намерены развивать совместные проекты с третьими странами в Африке.
Байрактар, отметив, что они сотрудничают с национальной энергетической компанией Алжира Sonatrach с 1994 года, заявил: «Наш контракт истекает в следующем году. Мы хотим продлить контракт и увеличить его объём. Как в случаях с Россией и Ираном, есть два основных момента. Первый — поставка газа по конкурентоспособной цене, второй — надёжность поставок. Sonatrach всегда была надёжным поставщиком для турецкого рынка».
СИЛЬНАЯ ПОДДЕРЖКА ТРАНСКАСПИЙСКОГО ПРОЕКТА
Напомнив о планах Европы прекратить импорт российского СПГ и трубопроводного газа в 2027 году, Байрактар передал, что европейские официальные лица предлагали продавать природный газ, добываемый на газовом месторождении Сакарья, в Европу, а Турции покрывать собственные потребности из альтернативных источников.
Байрактар, отметив, что одним из таких источников может быть природный газ Туркменистана, заявил следующее:
«В настоящее время в Трансанатолийском газопроводе (TANAP) у нас есть незадействованная мощность в размере 40–45%. Мы развивали этот проект вместе с Азербайджаном и bp. Общая мощность составляет 31 млрд кубометров, а объём, использованный в этом году, — 16–17 млрд кубометров. Можно транспортировать дополнительный газ. Однако поскольку добыча на месторождениях в Азербайджане снизилась, сначала нам нужно найти этот газ. Поэтому мы решительно поддерживаем Транскаспийский проект».
Байрактар, сказавший, что поток газа из Туркменистана через Иран, начавшийся по своп-соглашению, остановился из-за напряжённости между США и Ираном, сказал: «Мы сначала планировали начать со своп-соглашения, а затем сделать так, чтобы оно подготовило почву для Транскаспийского трубопровода».
Байрактар, отметив, что они проводят переговоры с суданскими официальными лицами в области горнодобывающей промышленности, нефти, природного газа и производства электроэнергии, сказал: «Судан — одна из стран, где, как мы увидим, турецкие компании в предстоящий период непременно будут вести больше деятельности».
ПЕРЕГОВОРЫ ПО ЯДЕРНЫМ ПРОЕКТАМ В СИНОПЕ И ФРАКИИ ПРОДОЛЖАЮТСЯ
Байрактар, заявивший, что для планируемых к строительству атомных электростанций в Синопе и Фракии они ведут переговоры с канадской AtkinsRealis, южнокорейской Korea Electric Power Corporation (KEPCO), а также с Rosatom из Китая и России, и что все эти компании доказали себя в области ядерных технологий, сказал: «С нашей точки зрения, самый важный вопрос — какая компания или страна сможет предложить нам подходящий пакет финансирования и успешно реализовать проект».
Байрактар, отметив, что у KEPCO есть обязательство построить 8 реакторов в США, что в Южной Корее она в настоящее время ведёт строительство 4–6 реакторов и что у неё есть проект в Чехии, сказал: «Важно, как они реализуют все эти проекты. Ядерные проекты требуют серьёзной концентрации и очень большого объёма квалифицированных кадров».
Что касается переговоров с Канадой, Байрактар заявил: «Они идут хорошо. Видно, что за этим стоит политическая воля, и это очень важно. Сейчас мы обсуждаем, как создать подходящие финансовые структуры для финансирования этого проекта и как привлечь финансовые учреждения и потенциальных кредиторов».
ЦЕЛЬ В АККУЮ — ДЕКАБРЬ
Байрактар, отметив, что на АЭС «Аккую» под надзором национальных и международных организаций продолжаются сотни испытаний, отметил следующее:
«Когда все сотни испытаний будут успешно завершены, мы сможем осуществить первый физический пуск. Наша цель — сделать это в декабре, до конца года. За последние несколько дней мы успешно прошли один из важных тестов. Тем не менее нам нужно успешно завершить каждое испытание. В ближайшие недели мы намерены сначала осуществить первый физический пуск, а затем подать в нашу сеть электроэнергию, произведённую на коммерческой основе».