07.11.2026 12:10
Адвокат Миркан Гюнай Топчу, представляющий Бешира Омера Демира, близкого телохранителя Мустафы Сарыгюля, заявил, что его подзащитный является потерпевшим, который годами был вынужден молчать под давлением влияния, и отметил: «Потерпевшим от сексуального насилия может быть и женщина, и мужчина; то, что потерпевший — мужчина, не может быть основанием для того, чтобы превращать пережитое им в предмет насмешек, публичного разоблачения и светской хроники».
Пока продолжается процесс расследования, которое ведет Стамбульская республиканская прокуратура и в котором фигурируют утверждения об «отмывании денег», «сексуальном насилии» и «эксплуатации», в деле, где также упоминаются бывшая жена Мустафы Сарыгюля Айлин Котиль и их сыновья Омер и Эмир Сарыгюль, произошли новые события. Упоминаемый в расследовании близкий телохранитель Мустафы Сарыгюля Бешир Омер Демир через своего адвоката сделал заявление, в котором использовал привлекшие внимание формулировки.
«МЫ НЕ ПРИНИМАЕМ ФОРМУЛИРОВКУ „ОН НАШ СЫН“»
Адвокат Миркан Гюнай Топчу, опровергнув утверждения о том, что его доверитель давал показания из страха попасть в тюрьму, сделал следующее заявление: «Наш доверитель является потерпевшим по этому делу. Под влиянием и давлением политической фигуры, которая во много раз сильнее его, он был вынужден годами молчать в страхе. Мы категорически не принимаем характеристику „он наш сын“, которую господин Мустафа Сарыгюль использует в отношении нашего доверителя. То, что пережил наш доверитель, — это не отношения отца и сына, а отношения власти и зависимости, ставшие источником его виктимизации. Утверждение о том, что наш доверитель давал показания из страха попасть в тюрьму, также не соответствует действительности. Наш доверитель не был замешан ни в каком преступлении и давал показания по своей свободной воле».
«ТО, ЧТО ПОТЕРПЕВШИЙ — МУЖЧИНА, НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ОСНОВАНИЕМ ДЛЯ НАСМЕШЕК И ПУБЛИЧНОГО ПОЗОРА»
Подчеркнув, что показания из материалов расследования были слиты наружу и что фотографии его доверителя используются для того, чтобы сделать его мишенью, адвокат Топчу отреагировал на общественную травлю: «Наш доверитель и его семья подвергаются открытой общественной травле. Потерпевшим от сексуального насилия может быть и женщина, и мужчина; то, что потерпевший — мужчина, не может быть основанием для того, чтобы превращать пережитое им в предмет насмешек, публичного позора и светских новостей. Наш доверитель снова становится жертвой: сначала — эксплуатации, которой он подвергся, затем — распространенных в 2024 году без его согласия записанных и опубликованных изображений, а сегодня — тяжелой публичной травли».
ЮРИДИЧЕСКИЙ ПРОЦЕСС И ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ О БЛОКИРОВКЕ ДОСТУПА
Отметив, что решение о конфиденциальности было нарушено, адвокат Топчу призвал журналистов, комментаторов и редакции немедленно удалить материалы, содержащие лицо и личность его доверителя. Он объявил, что в случае продолжения нарушений будут поданы заявления о совершении преступления по статьям 134, 136 и 285 Уголовного кодекса Турции, будут поданы заявления о блокировке доступа, а также будут возбуждены иски о возмещении материального и морального ущерба.
Полный текст заявления адвоката Топчу:
«В связи с публикациями в прессе и социальных сетях, которые в последние недели были сделаны в отношении нашего доверителя Бешира Омера Демира, возникла необходимость проинформировать общественность с целью защиты личных прав и человеческого достоинства нашего доверителя.
Наш доверитель заявил компетентным судебным органам, что подвергался сексуальному насилию и эксплуатации со стороны Мустафы Сарыгюля, телохранителем которого он был на протяжении долгих лет. Наш доверитель является потерпевшим по этому делу. Под влиянием и давлением политической фигуры, которая во много раз сильнее его, он был вынужден годами молчать в страхе. Мы категорически не принимаем характеристику „он наш сын“, которую господин Мустафа Сарыгюль использует в отношении нашего доверителя. То, что пережил наш доверитель, — это не отношения отца и сына, а отношения власти и зависимости, ставшие источником его виктимизации. Утверждение о том, что наш доверитель давал показания из страха попасть в тюрьму, также не соответствует действительности. Наш доверитель не был замешан ни в каком преступлении и давал показания по своей свободной воле.
Мы не принимаем заявления третьих лиц, попавшие в прессу и представляющие нашего доверителя как часть или посредника произошедших событий. Наш доверитель не играл никакой роли в причинении вреда кому-либо. Все наши разъяснения по поводу этих заявлений мы сделаем только перед судебными органами.
Наш доверитель снова становится жертвой: сначала — эксплуатации, которой он подвергся, затем — распространенных в 2024 году без его согласия записанных и опубликованных изображений, а сегодня — тяжелой публичной травли. Показания из материалов расследования, по которому действует решение о конфиденциальности, сливаются, самые интимные стороны жизни нашего доверителя превращаются в материал для светской хроники, и в большинстве новостей, даже в новостях о задержаниях других лиц, используются лицо и фотографии нашего доверителя. Наш доверитель и его семья подвергаются открытой общественной травле. Потерпевшим от сексуального насилия может быть и женщина, и мужчина; то, что потерпевший — мужчина, не может быть основанием для того, чтобы превращать пережитое им в предмет насмешек, публичного позора и светских новостей.
Мы призываем всех лиц и редакции, включая журналистов, комментаторов и аккаунты в социальных сетях, которые, публикуя фотографии нашего доверителя или его показания по материалам расследования, делают его мишенью, немедленно удалить эти публикации, и предупреждаем о юридической и уголовной ответственности, которая возникнет в противном случае. Мы просим редакции не использовать изображения, показывающие лицо и личность нашего доверителя, удалить уже опубликованные или сделать их неузнаваемыми.
Права нашего доверителя на подачу жалобы и на участие в деле в связи с сексуальным насилием и эксплуатацией, которым он подвергся, сохраняются. В отношении всех лиц, нарушающих неприкосновенность частной жизни, незаконно распространяющих персональные данные и нарушающих конфиденциальность расследования, будут поданы заявления о совершении преступления по статьям 134, 136 и 285 Уголовного кодекса Турции, будут поданы заявления о блокировке доступа к публикациям, содержащим нарушения, и будут использованы все правовые средства, включая требования о возмещении материального и морального ущерба.
Правовая оценка произошедшего относится к компетенции независимых судебных органов. Наш доверитель доверяет правосудию и будет следить за процессом до конца. Мы просим общественность и прессу с уважением относиться к человеческому достоинству и частной жизни нашего доверителя, который заплатил по этому делу самую высокую цену. Все дальнейшие заявления от имени нашего доверителя будут делаться только его представителем.
С уважением доводится до сведения общественности».