06.03.2026 10:44
66-летний Омер Севен, живущий в районе Кадирли в Османие, продолжает заниматься скотоводством, несмотря на перенесенную операцию на сердце, чтобы обеспечить себя. Севен сказал: "Поскольку я прооперирован на сердце, я получаю небольшую инвалидную пенсию. Возможно ли прокормить себя? Мешок корма стоит 1000 лир. Сколько дней ты сможешь кормить его одним мешком? Других доходов нет".
66-летний сердечник Омер Севен, живущий в районе Кадирли в Османие, продолжает заниматься скотоводством, несмотря на перенесенную операцию по шунтированию, чтобы обеспечить себе средства к существованию. Снимая стресс, он поет песни своим овцам, и говорит, что его единственным доходом является пособие по инвалидности.
"ВОЗМОЖНО ЛИ ОБЕСПЕЧИТЬСЯ ПИЩЕЙ?"
Ожидая у своего стада, Омер Севен сказал: "Мне 66 лет, я зарабатываю на жизнь этим, что мне делать. Я перенес операцию по шунтированию, принимаю 5-6 таблеток. Я получаю небольшую сумму пособия по инвалидности, я перенес операцию на сердце, поэтому получаю пособие по инвалидности. Возможно ли обеспечить себя пищей? Один мешок стоит 1000 лир, что ты сделаешь? Сколько дней ты сможешь дать один мешок корма? Я не собираюсь бросать это, мне с этим весело, что мне делать? Других доходов нет. Я не жду от детей ничего другого, что мне делать. Некоторые говорят: 'почему ты держишь овец в этом возрасте?' Что мне делать? Мы сейчас сократили корм для овец, только щенкам даем, у нас дома есть щенки. Мешок корма стоит 1000 лир, сорок килограммов корма. Это прибыль и убыток, что ты сделаешь, мы просто защищаем себя, что нам делать. Я стар, но что мне делать?"