03.03.2026 06:51
Министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи ответил на слова Марко Рубио о том, что "Иран представляет собой срочную и близкую угрозу как для США, так и для Израиля", заявив: "Рубио признал то, что мы все знаем: США добровольно вступили в войну от имени Израиля. Иран никогда не представлял собой так называемую 'угрозу'."
В то время как конфликты на Ближнем Востоке обостряются, министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи резко ответил в социальных сетях на слова министра иностранных дел США Марко Рубио о том, что "Иран представляет собой срочную и близкую угрозу как для США, так и для Израиля". Аракчи обвинил Вашингтон в том, что он вступает в войну от имени Израиля.
ПОДЧЕРКИВАНИЕ "БЛИЗКОЙ УГРОЗЫ" СО СТОРОНЫ США
Министр иностранных дел США Марко Рубио в своем заявлении для журналистов после встречи в Конгрессе заявил, что Иран представляет собой "срочную и близкую угрозу" как для США, так и для Израиля. Рубио сказал: "Это была близкая угроза для нас. Мы знали, что если Иран будет атакован, он немедленно начнет преследовать нас."
Заявления Рубио показали, что США рассматривают свои военные шаги против Ирана в рамках "предупредительной безопасности".
ВЫСКАЗЫВАНИЕ ИРАНА "США ПРИЗНАЛИ"
Министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи в своем посте на платформе X, ориентированной на США, напрямую ответил на слова Рубио. Аракчи сказал: "Рубио признал то, что мы все знаем: США добровольно вступили в войну от имени Израиля. Никогда не было так называемой 'угрозы' со стороны Ирана."
Аракчи отметил, что он считает ответственных за подход "сначала Израиль", который приводит к кровопролитию как американцев, так и иранцев, и добавил: "Американский народ заслуживает лучшего и должен вернуть свою страну."
НАПРЯЖЕННОСТЬ ПЕРЕШЛА В ДИПЛОМАТИЧЕСКУЮ СФЕРУ
Пока на поле продолжаются взаимные атаки, риторика сторон также становится более жесткой. Вашингтон показывает Иран как источник региональной нестабильности, в то время как Тегеран утверждает, что США непосредственно вовлечены в конфликт ради безопасности Израиля.
Взаимные заявления показывают, что военная напряженность также продвигается на дипломатическом уровне с более жесткой риторикой. Ожидается, что в зависимости от развития событий в регионе, словесная война между двумя странами станет еще более напряженной.